У литературоведа Олега Григорьевича Ласунского хранится несколько автографов Павла Кустова, включая его фотографию.
Конверт с тиснением «Собрание О.Г. Ласунского № 91», внутри находится школьная тетрадь с надписью: «Юле Некрасовой — на долгую память от автора!». Это первая поэма Павла Кустова «Усма», повествующая об истории города Усмань и легенде о татарской княжне.

Кроме тетради, есть отдельные листки со стихами, посвященными Юлии Некрасовой, музе поэта. На одном из листков — фотография молодого Паши Кустова, датированная 1924–1925 годами.
По словам Олега Григорьевича, рукописи были присланы А.Н. Егоровым из Омска, получившим их от сына Юлии Некрасовой-Колосовой.
О Юлии Некрасовой известно, что она была дочерью усманского адвоката Н.И. Некрасова, училась в гимназии. Впоследствии вышла замуж за музыканта Ю.П. Юренева.
И хотя их брак длился не долго, в семейном альбоме племянника Ю.П. Юренева, В.С. Ярцева, сохранилась их фотография.
Виктор  Сергеевич указал на бывший дом Некрасовых на улице Радищева.

В глазах - вражды холодный дым,
Слова: "Я Вам не верю, Кустов!...
Мир бесконечно стал чужим
И в бедном сердце стало пусто...

Закон зверей - закон людской
Еще не знают преступленья,
Чтоб тот, кто был его виной,
Достоин не был воспрещенья!

А вы?! А мне прощенья нет,
И нет конца моим страданьям...
К моим подавленным рыданьям...
Что день, что ночь - в одном кругу,

А впереди - такие муки!
Нет, не хочу и не могу
Я вынесть горестной разлуки!

Трех букв на сердце не стереть,
Не вырвать с нервами и кровью.
И долго буду я гореть
Неповторимую любовью!

Пусть вы забудете меня
(О как мне тяжко слышать это!)
Но в сердце юного поэта
Уже не заглушить огня!!!

19 ноября 1924 года

ПРОЩАЙ

Прощай, ты выпита другим,
Но мне осталось, мне осталось
Твоих волос стеклянный дым
И глаз осенняя усталость!
С.Есенин

1
Прощай... Услышу ль голос твой,
Увижу ль снова облик милый?
Прощай... Быть может до могилы
Уже не встретимся с тобой.

Я песни пел и ждал я роз,
Но сердце билось пленной птицей.
О сколько мук и и сколько слез
Хранят минувшие страницы!

Семнадцать лет взмутили кровь,
И бредил я в похмелье пьяном,
Но недоступная любовь
Носилась призраком туманным.

Что новый день - то большея 
Тебя любил - мальчишка юный,
А сердце выпила змея
Шурша оборванными струнами...

Растил мысль тебя убить - 
Зачем мечтать в житейской гонке!
И снова мне хотелось жить,
Тебя по-прежнему любить
И слушать голос буйно-звонкий.

2

Я никогда тебе не лгал, 
Ты - недоверчиво смеялась
Не от того ли я страдал,
Что ты меня не понимала.

Нет! Я не мог, одну любя,
Спешить к другим с живым признаньем!
Я не обманывал тебя,
Идя на новое свиданье.

Часы скучнейшей болтовни
На сердце падали как камень.
Мне заглушить хотелось в них
Своей тоски горячеий пламень...

Ты шла с покойною душой,
Когда я был сжигаем страстью,
И кто-то пожинал другой
Плоды восторженного счастья!!

Весенний дым и шепот струн
Звучали избранному гимном,
Он брал горячий поцелуй
Бесценный любви взаимной.

И лишь когда скучала ты - 
Дарила мне свое вниманье,
Но снова большее страданье
Сгоняло робкие мечты!

Твои глаза - холодный звук -
Моей души смели убранство,
Но глубину сердечных мук
Я скрыл под маской хулиганства.

О боль невыплаканных ран!
Кричи в забытьи полупьяном,
Что я не буйный хулиган
И не родился хулиганом...

3
Прощай!... Обман безумных лет
Поэту не прошел бесследно.
Не от того ль румяный след
В его лице худом и бледном?...

Пусть смерть близка! Не все ль равно?
Я пожалею не о многом...
Знать никогда не суждено
Идти совместной нам дорогой...

Мой друг - ты не была права,
когда звала меня неверным!
И снова прежние слова
Я повторю нелицемерно:

Трех букв на сердце не стереть,
Не вырвать с нервами и кровью!
И долго буду я гореть
Неповторимою любовью!"

Прощай!... На разные пути
Ногой нетвердой мы вступили.
Дай Бог, нам счастливо пройти
И огонек свой пронести -
Тебе вперед, а мне к могиле!

3 мая 1925 года.