Красноармейский почтальон Верочка
Бои были жестокие. Наши войска освобождали Воронеж и гнали фашистов с родной земли. 1943 год. Усмань, наполовину эвакуированная, была прифронтовой зоной. Две задушевные подружки – Верочка Архангельская и Тамара Политова решили пойти добровольцами на фронт. Тем более, что часть стояла в Усмани. Но подруг разлучили: Тамару Валерьевну Политову отправили за 500 км от дома в другую часть, а Веру Васильевну Архангельскую во 2-м эшелоне связи, который находился в Усмани.
Трещали страшные морозы, когда командир Синельников приказал Вере доставить почту на передовую. Девушка оделась потеплее, запахнула шинель и залезла в кабину. Стало темнеть, когда они тронулись в сторону Воронежа. Подъезжая к станции Боровской, Вера заметила, что на обочине в снегу стоят немцы. Девушка вся похолодела. Кто согнут, кто стоя — во всех положениях замороженные трупы были воткнуты в сугробы, и таков «коридор» длился далеко. Напуганная девушка вцепилась в руку Ивана. Он был намного старше других, но в части его все звали Иваном, Ваней.
- Ваня, миленький, я их боюсь. Умоляю, поедем другой дорогой.
Иван посмотрел на перепуганную девушку и развернул машину. Пришлось ехать дольше, но до передовой добрались без приключений.
Пока разгрузили почту, забрали письма, уже было за полночь. Светила луна и все было видно, как на ладони.
Наконец, Верочка с Иваном отправились в обратный путь. Не успели они проехать и 5 км, как их остановили: враг сделал прорыв и впереди шел бой. Шквальный огонь обрушился на наши позиции. Пришлось свернуть на дорогу со злосчастными трупами.
— Что ж ты бомбежки меньше боишься, чем этих мертвецов! Это живых надо бояться, а мертвые — они и есть мертвые…
Вере было стыдно за свой дурацкий страх. Она открыла глаза, но старалась смотреть вниз. Иногда выхолила и толкала машину, подкапывала колеса, искоса поглядывая на мертвые тела. И какая была радость, когда они, наконец, проехали всю эту страсть. Дня три девушка не могла прийти в себя от всего увиденного...
Фронт продвигался на запад: за отступлением немецких войск ушла из Усмани и войсковая часть связи. Лишь на Курской дуге у г. Льгова она задержалась надолго. А потом — Западная Украина. Тогда Веру Васильевну перевели в 1-й эшелон на передовую. Снова почта. Наград никаких: всего лишь рядовой почтальон. Да и кто тогда думал о наградах, когда вокруг лилась кровь, погибали на глазах наши солдаты... Бомбежки, машины, дороги и письма, газеты, посылки…. Ведь их с нетерпением ждали бойцы. И как радовалась Верочка, когда суровые лица солдат начинали светиться счастьем от долгожданной весточки, полученной от близких.
Вокруг Карпаты — необыкновенный край. Воздух чистый, горный, но, несмотря на май, было все-таки очень жарко, а вода во фляжках давно кончилась. Вера попросила шофера Женю остановиться у ближайшего колодца. Завиднелась добротная хата и колодец, но он был на замке, хотя на крышке стояли пустое ведро и кружка, девушка пошла к хате, постучала во все окна, но никто не отозвался. Тогда Женька взял монтировку, чтобы сбить замок, и только приготовился это сделать, как открылась дверь и появилась женщина.
— Шо прошу пани?
Она, видимо, была полячкой. Вера извинилась и попросила воды. Женщина молча отомкнула колодец, так же молча сама достала воды и стала наливать в кружку.
Женька с Верой стали пить по очереди из кружки холодную воду как бы на дорожку. Наполнили фляжки, и Женька не забыл долить воды в радиатор. Поблагодарив хозяйку, они направились к машине. Невзначай оглянувшись, девушка увидела, как женщина со злостью закинула кружку, из которой они только что пили, далеко в траву. Так обычно поступают старообрядцы, но женщина явно не принадлежала к этой вере.
— Господи, ну откуда столько злости? Что мы ей такого сделали?
На душе было очень неприятно от происшедшего. Но удивляться особо не приходилось. Бандеровцы свирепствовали вовсю. Многие из них вели себя так же, как эсесовцы, и не жалели даже своих.
Однажды Вера с Женькой били свидетелями неприглядной картины. Большинство селян Западной Украины голодали, и чтобы хоть что-то добыть, брали последнее из дома, навязывали тюки и отправлялись на рынки. То там, то сям по дорогам виднелись бабьи фигуры, сгорбленные под тяжелыми тюками. Откуда-то появилась машина, шофер на своем языке предложил услуги, насажав полную машину женщин с грузом и, обгоняя почтовую машину, помчался вперед.
Но вдруг машина остановилась, шофер покопался в моторе, а потом попросил всех слезть и подтолкнуть машину, но не успела последняя женщина спрыгнуть, как машина рванула — только ее и видели...
Оставшиеся на дороге женщины выли и на своем языке проклинали обманщика-вора. Увы, ни Женя, ни Вера помочь им ничем не могли.
Бои шли в 14 км от села, где стояла часть. Спать приходилось всего по 3 часа в сутки. Ложились в 3 часа ночи, а в 6 часов утра уже были на ногах.
Сопротивление немцев было жесточайшим. Сколько раз Верочка была на волосок от смерти! Иногда «юнкерсы», завидев машину, открывали по ней сплошной огонь, и девушка спрыгивала на ходу в ближайшую траншею. В эти минуты она усердно молилась:
— Господи, спаси нас! Не дай погибнуть!
Она часто вспоминала свой любимый город, Богоявленский храм, куда ходила со старшими сестрами на службу. Но однажды после обстрела Верочку нашли раненой. Очнулась она уже в госпитале…
Часть ушла далеко на запад, и Верочку отправили на родину. Так в 1944 году кончилась для нее война.
А 25 марта 1946 года Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 мая 1945 года Веру Васильевну Архангельскую наградили медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
Таисия Ясакова (Архангельская)