Лето 1944 года. Идут упорные, кровопролитные бои на белорусской земле. У небольшого городка Чаусы расположился 609-й стрелковый полк 139-й стрелковой дивизии, в котором 7-й стрелковой ротой командует наш земляк, уроженец села Завальное, лейтенант Григорий Ильич Черников.
Ему был дан приказ: ночью незаметно пробраться на западную окраину города, замаскироваться там и посеять панику среди фашистов. По городу открыли сильный огонь. Реактивные снаряды "Катюш" ложились точно в цель. Немцы не устояли и вьшуждены были отступить. Город Чаусы был освобожден. "Первое мое боевое крещение в Могилевской области," — так Григорий Ильич говорит об освобождении этого городка в   письме к юным следопыт там средней шкоды № 2 г.Усмани.
А дивизия, в составе которой находилась стрелковая рота Черникова, стремительно продвигалась дальше в сторону Могилева. Километров за 50—60 до города, после отдыха, Черникова вызвал командир батальона.
— Приказываю подготовить роту для продвижения вглубь обороны противника и отвлечь внимание фашистов. Надо вызвать огонь на себя.
— Задание будет выполнено, — отчеканил командир роты и отправился в свое подразделение.
Спустя некоторое вре-. мя, рота была готова выполнять боевой приказ. Один взвод отправился в разведку. Подойдя к реке Проня, разведчики установили, что недалеко от нее имеется траншея. Фашисты отсиживались там в двух блиндажах. Но охрана бездействовала.
Командир роты, подозвав бойцов, отдал приказ — подобраться бесшумно к блиндажам и, не откры-вая огня, прикладами и штыками уничтожить фашистов. Бойцы крепко разделались с врагами. Ни один из фашистов не ушел от их карающей руки.
Тем временем, разведвзвод обнаоужил на своем пути новую траншею. В ней тоже спали немцы. Уничтожить их также, как в первой схватке, не удалось. Кто-то выстрелил, поднялась паника. Фашисты открыли беспорядочную стрельбу.
— Всем немедленно окопатмя и сделать маскировку! — последовал приказ ротного. Бойцы Черникова умело подавили огневые точки противника и быстрыми бросками вышли из-под огня. Над опаленной огнем местностью взвилась в небо белая ракета. Это командир роты дал условный сигнал нашим артиллеристам. Сразу же последовали орудийные выстрелы. На головы фашистов обрушился смертоносный груз. Разгорелся жаркий бой. В него включились и соседние подразделения. Враг стал постепенно отступать. Началось его преследование до самого Могилева.

На окраине города солдаты сделали короткий привал. Приближалась ночь, а вместе с ней и решение новой боевой задачи — форсирование Днепра. Три часа готовились солдаты роты Черникова к переправе. Выясняли, кто умеет плавать, кому нужны подручные средства. Подготовили средства для переправы как для бойцов, так и для огневых средств, подыскали места для переправы.
Черников внимательно всматривался в темноту ночи, нарушаемую огненными вспышками снарядов, трассирующих пуль. Впереди, по ту сторону Днепра, виднелась церковь. Недалеко от нее просматривались разрушенные опоры деревянного моста.
Вот как описывает он эти события в письме юным следопытам средней школы № 2: "Первым форсировал один солдат, фамилию не помню. Он взял с собой  телефонный шнур, сплетенный вдвое, закрепил на противоположном берегу, предварительно осмотрев близлежащую местность. Плыл он полностью под водой, сделав трубку из камыша, чтобы можно было дышать, и не был обнаружен немцами. Немцы всю ночь вешали светящие фонари, беспрерывно обстреливали из пулеметов трассирующими пулями. Переправа была очень трудная. Бойцы, которые не могли плавать, сопровождали нас по данному протянутому шнуру, другими средствами переправы были круги из камыша, бочки железные, приспособили из. досок треугольники и круглые бревна, и начали переправу."

Немцы обнаружили переправляющихся бойцов и открыли по ним пулеметный огонь. Трое солдат были убиты на середине Днепра, некоторые ранены Все же рота успешно форсировала Днепр и сразу же закрепилась на занятом плацдарме.30 июня комбат приказал роте Черникова вступить в бою, который уже разгорелся в центре Могилева. На колокольне одной из церквей фашисты установили пулемет и сдерживали продвижение наших частей. Командир роты Черников, старшина роты и еще пять бойцов нарвали травы, замаскировались под окружающую местность и подползли к колокольне.
- Снять часовых! — приказал комроты.
Противотанковая граната полетела на лестницу, ведущую к месту расположения вражеского пулемета. Пулеметный расчет был унич’гожен. А бой продолжался в кварталах города .
Очистив город, бойцы роты Черникова вышли на окраину к тому месту, где проходит шоссейная дорога Минск — Москва. Здесь были обнаружены три немецких снайпера, прикрывавшие отход своих войск.

"Двух немцев уничтожили, —. вспоминает в письме Г.И.Черников, — а третий встал из траншеи и поднял руки вверх. Я увидел, стоит высокий немец в погонах, значит офицер, и не стал его расстреливать. Когда я начал его обыскивать, немец бросил гранату-лимонку, которая была у него в ладони. Я заметил, шипит что-то, и быстро хотел схватить ее и отбросить, но опоздал. Когда я протянул руку, раздался взрыв, и мне оторвало обе руки, осколки прошили грудную клетку...
Долго пролежал на поле боя, истекая кровью. И только перед вечером меня подобрали мирные жители — женщины, принесли в какое-то здание, нагрели воды, добавили марганцовки, это была первичная обработка. А на второй день отнесли меня на носилках в городскую поликлинику, где я встретился со своим противником — фашистом.
Долго пришлось лежать Григорию Ильичу на больничных койках. Шла борьба со смертью. Благодаря повседневной, постоянной заботе врачей, Черников вернулся к жизни, победив смерть.
Правительство высоко оценило заслуги нашего земляка. За успешное осуществление операции по форсированию Днепра Г.И.Черникову присвоено звание Героя Советского Союза.
Война окончилась. Люди вернулись к мирному труду. Несмотря на инвалидность, Григорий Ильич Черников не мог сидеть без дела. Он с семьей переехал в Тамбовскую область, где сначала отвечал за заготовку
сельхозпродукции в Избердеевском райкоме партии, а затем поселился в селе Петровское Петровского района и начал работать заместителем директора по хозяйственной части в местной школе.
И только в 1964 году ушел на пенсию.
Мы встретились с племянницей героя — Анной Михайловной Черниковой, проживашей в селе Завальном. Она вспоминает, как тяжело жилось многодетной семье Черниковых в голодные тридцатые годы. Потому Григорию пришлось рано начать работать, оставив учебу в школе.
- Основными чертами его характера, — рассказывает Анна Михайловна, — были добросовестность, честность и забота об окружающих людях. За  что бы он ни брался, все хотел сделать хорошо, на совесть. Каждый год приезжал в Завальное навестить свою сестру, Марфу Ильиничну, последний раз — в августе 1992 года.
Добросовестность и неравнодушие — это, пожалуй, семейные черты Черниковых. Говоря о своем дяде, Анна Михайловна нет-нет да и переводила разговор на то, что не дает ей покоя. Она на пенсии, 25 лет работала завучем в завальновской школе, тогда еще, в старом здании. Сейчас это здание разваливается, а ведь там можно было построить квартиры или еще что-нибудь, но никто не хочет этим заниматься.
Таким же был и Григорий Ильич, неравнодушным, неуспокоенным. Часто встречался с молодежью, рассказывал правду о самой страшной и кровопролитной в истории страны войне. Переписывался с юными следопытами из средней школы № 2 г.Усмани и Завальновской средней школы.
Григорий Ильич Черников любил делать все сам, без посторонней помощи. Только в 1984 году, когда здоровье ухудшилось, он согласился переехать в г. Волгоград к сыну Киму Григорьевичу.

26 февраля 1992 года Григория Ильичане стало. Хоронили его торжественно, с воинскими почестями. Над могилой прозвучал скорбный салют.

БОРЗУНОВ Б. Смерть победивший // Новая жизнь. - 1994. - 21 июня